Как смотрит на жизнь муфтий Саратовской области? | ДУМСО

Поиск по сайту

Расписание намазов

Фаджр5.12
Шурук6.52
Зухр12.54
Аср16.49
Магриб18.49
Иша20.29
(г. Саратов)
на месяц

Сентябрь 2021
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930  

Архивы

Как смотрит на жизнь муфтий Саратовской области?

BibarsovНедавно исполнилось 25 лет с момента, когда Мукаддас-хазрат Бибарсов стал имамом в Саратове. Какие изменения в жизни ислама и самого муфтия произошли за этот период, интересовалось «Время».

— Мукаддас Аббасович, расскажите о Вашей должности. Как она Вам досталась?

— В августе 1987 года я приехал в Саратов имам-хатыбом. Ситуация в стране тогда была напряженная, поэтому ни о каком избрании и речи не могло идти. Нужен был человек на это место, я и вызвался по собственной инициативе. Тогда у меня еще был вариант служить в Ульяновской области, но я выбрал Саратовскую. Наверное, потому что она ближе к Пензенской области — моей Родине.

— Какие изменения за эту четверть века произошли вокруг Вас, и что назвали бы своим главным достижением?

— 25 лет — срок с одной стороны небольшой, а с другой — это целая жизнь. Многое изменилось. Вообще, годы перестройки — это мое любимое время. Может быть, я просто ощущаю некую ностальгию. Несмотря на критику конца 80-х, считаю, что переломный период для многих верующих явился большим прорывом. Ограничения, связанные с жестоким режимом Советской власти, разрушились в один момент. Страна стала свободной, появилась демократия, люди получили возможность высказывать собственное мнение, открыто молиться, не боясь последствий.

Став имамом, я занимался просветительской деятельностью — проводил молитвы, вел лекции, проводил курсы по основам ислама. Только за один 1988 год посетил более 550 домов мусульман по Саратову. В то же время начал формироваться наш костяк.

Одним из главных достижений того времени считаю возврат старой мечети на Зарубина, которая в 80-х, как известно, была превращена в медвытрезвитель. Мы тогда попросились на прием к первому секретарю горкома Владимиру Головачеву, он пообещал рассмотреть вопрос. И надо отдать должное, второй раз я к нему уже пришел, чтобы поблагодарить. Здание нам вернули, и на этом месте сейчас располагается исламский комплекс.

— В одной из публикаций СМИ руководитель Приволжского центра региональных и этнорелигиозных исследований РИСИ Раис Сулейманов обвинил Вас в том, что Вы насаждаете радикальный ислам. Насколько, по Вашему мнению, такое заявление соответствует истине?

— Да, я видел ту публикацию, и она, конечно, совершенно не соответствует действительности. Ислам — это изначально религия серединности и отрицания радикализма. Я как муфтий уделяю большое внимание тому, чтобы наше общество развивалось гармонично, и в этой работе опираюсь на священный Коран, Сунну Мухаммада и то наследие, которое нам оставили известные богословы, в том числе и татарские. По сделанным заявлениям можно понять, что знания Р. Сулейманова об Исламе ничтожны, взять хотя бы призыв о разделении мечетей по национальному признаку. Таких заявлений в последнее время становится все больше, они несут в себе серьезную опасность тем, что разделяют общество, выводят «неугодных» за правовые рамки, тогда как мы, религиозные деятели, должны до последнего работать со всеми категориями, просвещая и наставляя на правильный путь. Пресечением преступлений и наказанием за правонарушения должны заниматься уже правоохранительные органы на основании закона.

— Кому мог быть нужен теракт в Казани, и каковы его истинные причины?

— Говорят: ищи, кому выгодно. С этой точки зрения среди преследуемых сейчас лиц я не могу определить ни одного, у кого мог бы быть мотив для совершения этого злодеяния. Даже те группы, которые реально были в оппозиции к муфтияту, находились в правовом поле, были зарегистрированы и имели взаимопонимание с правоохранительными органами. Уверен, что они встретили новость о гибели и ранении работников муфтията в шоке, как и все мы. Вероятно, в этом событии замешаны интересы более серьезного нерегионального уровня. Если проследить выступления того же «эксперта», то сразу же после теракта начались обвинения в адрес президента Татарстана в попустительстве вахаббитам, тогда как вопросами религиозного просвещения и профилактики религиозного радикализма могут занимать только имамы и уж никак не президент и властные органы республики. Идет очевидная попытка дискредитировать нынешние элиты в Татарстане, то есть раскачивается именно политическая обстановка.

— Ни для кого не секрет, что на Востоке ситуация в целом неспокойная. Многие связывают это обстоятельство с кризисом ислама. Разделяете ли Вы такую позицию?

— Думаю, кризиса ислама вообще быть не может, но есть кризис человека. Безусловно, существуют проблемы богословского плана. Многие мусульмане плохо понимают свою религию, уделяют ей лишь «ритуальное» внимание. Но в общих чертах это вполне естественный процесс, так идет живой поиск истины. Главное, чтобы не было равнодушия к тому, что происходит вокруг.

— Как, на Ваш взгляд, можно противостоять радикализму?

— Просвещением, энтузиазмом и добротой. Мы должны понимать, что речь идет о наших детях. Да, часть молодого поколения, неважно какого исповедания, сегодня дезориентирована обилием негативной информации и отсутствием надежды. Поэтому и на мир они смотрят враждебно, видя все в черно-белом свете. Кто-то находит себя в циничном противопоставлении обществу, как те же «Пусси райот», кто-то заканчивает жизнь самоубийством. И того, и другого сегодня непозволительно много. А людей, неравнодушных к этой ситуации, очень мало, да и у тех опускаются руки. Но этого нельзя допустить. Мы должны вселять в окружающих уверенность, научиться прощать и воспринимать друг друга. В этом задача религиозных деятелей.

— В какой формальной и внутренней связи находятся ведущие мировые конфессии?

— В области богословских вопросов между конфессиями нет связи. Если мы будем дискутировать о вечных религиозных темах публично, то ничего хорошего из этого точно не получится. Ведь каждый представитель конфессии скажет, что именно его вероисповедание самое правильное. В Коране четко сказано: существуют монотеистические религии, которые относительно Ислама считаются близкими.

Но есть и другая сторона вопроса. Все мы — граждане одной страны, живем рядом, общаемся друг с другом сотни лет. За это время между нами выработались особые отношения. Нас объединяют вопросы общества, нравственности, воспитания. Мы едины в социальном служении и борьбе с пороками общества. В таких вещах нет разделений. Так что, несмотря на различные религиозные взгляды, только вместе мы сможем что-то изменить к лучшему.

— Звучали идеи создать единый координационный центр мусульман России. Нужен ли в принципе такой орган?

— Сейчас на повестке дня этот вопрос не стоит. В нашей стране проблемы, связанные с управленческой системой, слишком обострены. Многие руководители просто не способны принимать правильные решения и идти вопреки сложившейся системе. А некоторые из них просто перестали разделять хорошее и плохое.

— Имеете в виду влияние глобализации?

— Именно! Глобализация вносит серьезные коррективы в сознание человека. За каких-то пару лет произошли такие изменения, на которые раньше требовались бы сотни лет. Обществу нужна другая методика. Сознание человека должно быть направлено на созидание.
Я сам зарегистрирован в шести социальных сетях. И, несмотря на нехватку свободного времени, каждый день успеваю заходить на все эти страницы. И что я вижу? Электронное пространство наполнено негативом. Социальная сеть — это своего рода пылесос, всасывающий в себя все самое омерзительное. И здесь главное, чтобы человек умел обходить стороной весь этот мусор.

— На днях Вы праздновали 25-летие службы. Как прошло торжество?

— Да, была встреча. Собралось более 150 человек. Очень ценным подарком стало поздравление от митрополита Лонгина, которое мне вручил отец Димитрий Полохов. А в целом я не сторонник подобных праздничных мероприятий. Не особенно люблю радоваться тому, что на год стал ближе к концу земной жизни.

— Что эти годы принесли лично Вам?

— Наверное, бесценный опыт. Но я бы лучше рассказал о том, что этим годам не удалось во мне изменить — моих базовых качеств, к которым я не подпускаю никого, даже родных и самых близких. С самого начала Аллах мне даровал умение легко относиться к жизни. Ценить нужно то, что есть сегодня, ведь завтра может не наступить. Это моя позиция. Человеку свойственно тянуть себе различные материальные ценности. У меня, к счастью, такого недостатка нет (смеется). Все, что у меня есть, я готов потерять в любой момент. Когда искренне веришь и не привязываешься к земным богатствам, порою случаются чудеса.

Беседовал Денис СПРИНЧАНЭ

Газета «Время»